am. (antimeridiem) wrote,
am.
antimeridiem

Category:

Мышь Миша

М. и Е. вчера заперлись в комнатке и попросили им не мешать.
Потом, когда выбрались, сразу стали спрашивать: «Когда дарить подарки?» Я сказал, что ну не раньше полуночи. Тогда М. сказала, что она наверно лопнет от нетерпения. Ну ладно, лопаться, конечно, не надо. Оказалось, что все это время она шила медведя. Получился классным, только немного похожим на мышь. С учетом того, что год Мыши уже наступил, да и М. долго и безрезультатно пыталась сделать именно мышь, результат кажется естественным. Мышь Миша или Миша Мыш. Колюченький такой, на лапах маникюр, одет в переливающееся платье и в пачку. А на животе – пояс, очень напоминающий Пояс Чемпиона, который вручают боксерам. В центре пряжки горит гигантский страз Сваровски. 

Е. соорудила открытку – на ней нарисована дамочка в стиле Фулвимари, а в зубах у девушки – роза. Внутри что-то написано, какие-то типичные евиные поздравления: «Ну а я со свой стороны постараюсь…» и что-то про то, что «еще один год прожит не зря». 

Ночью устроили с Женькой рэнга-переписку по sms. Вот три её стихотворения, весьма, надо сказать, показательные. Интересно, как агрессия спадает к концу свитка: 

***
На конце кисти
сгусток времени, мысли и чувства.
Вынь из ножен меч,
кровью пиши иероглиф. 

***
Весло лишь касается воды.
Кисть лишь касается сути.
Остальное почувствуй. 

***
Гамак растянуть от холма до холма.
Считать галок,
потом огоньки на земле
и на небе зажечь. 

Про гамак, растянутый от холма до холма сегодня не раз вспоминал. 

Гамак растянут от холма и до холма,
как нити света, как по Кастанеде.
Гамак, как кокон, золотая хохлома
на красной неприветливой планете. 

Но вечер краски сделает нежней.
Луна. И тени акварельные на ней. 

Хохлому, надо сказать, постоянно эту вижу – улицы украшены рекламой. Где изображена расписная (золотыми цветами по алому, под хохлому) бытовая техника… 

На картине, что висит на кухне, процитировано стихотворение Мандельштама о том, что «я видел озеро, стоявшее отвесно». Крайне непонятное стихотворение. Как-то раз поручил Е. подумать, о чем бы оно могло быть. Ну, Е. не растерялась, порылась в Интернете и нашла статью-лекцию Гаспарова как раз посвященную разбору этого текста. Многое прояснилось. Оказалось, что это очень понятное, чуть ли не описательное, стихотворение. 

Недавнее шестистишие (отличное слово получилось – шуршащее, шипяще, шепчущее, причем в тишине) тоже выглядит запутанным, но при внимательном рассмотрении оказывается ясным. 

Первая строчка вполне может быть описанием картины ВАНа (я вообще бы не удивился, если бы все эти три стихотворения были бы написаны на его картинах). Несмотря на кажущуюся инфантильность его творчества, оно очень взрослое и выверенное. Еще Ко замечал, что нет-нет, а у Заваровского (и тем более у меня) в картинах проступит что-то подростковое, нелепое в своей наивности. А вот у ВАНа – нет, никогда. 

В то же время, невольно пытаясь представить себе этот гамак, я натыкаюсь на воспоминания о том, как дон Хинаро показывал Карлосу прыжки силы и чудеса равновесия. Он выбрасывал «энергетические нити», приклеивал их к недоступным камням и двигался потом по этим нитям, оказываясь в совершенно немыслимых положениях и удерживая равновесие, когда это, казалось, совершенно невозможно. Эти нити воспринимались видящими как нити света. Получалось, что светящийся кокон дона Хинаро был растянут между двумя существенно удаленными объектами как гамак. 

Это сочетание суровых магических испытаний и кажущейся наивности и инфантильности ВАНовских миров составляет хорошую пару. Иногда кажется, что не Ерко должен был иллюстрировать Кастанеду, а как раз ВАН. 

В то же время, все эти магические штучки кажутся (во всяком случае, при поверхностном знакомстве) довольно грубыми и нарочито яркими. Как причудливые зубастые золотые цветы на красном (или черном) фоне хохломы. Как, наверно, всякое народное творчество, эти узоры полны скрытого смысла, отголосков судеб тысяч художников, потребовавшихся для кристаллизации этого устойчивого паттерна. Но это не мешает им казаться вульгарными. Ну, в самом деле, кто решится сравнить, скажем, какое-нибудь настоящее лирическое стихотворение и эту антропологическую эпопею от Кастанеды? Хотя вполне может оказаться, что глубина их поэзии вполне сравнима. Но они относятся к разным мирам. И это уже отголоски недавних размышлений над картами «Луна» и «Солнце». Индивидуально и объединяющее. 

Вообще, иногда кажется, что романтизм – это конформистский выбор. Как будто человек научился видеть те сны, которые хочет. Или осознал, что видимые им сны – это и есть его желания. В то время как поиски истины (как это было удачно проиллюстрировано в «Путешествии к Арктуру») представляются неумолимыми, жестокими и, что обидно, бесперспективными. У Кастанеды тоже. Многого люди достигли, да так ни к чему и не пришли. Как если бы один человек прошел пешком по Японии от края и до края, а другой тем временем изнурял бы себя тренировками в спортивном зале, среди устрашающего вида тренажеров, в запахе пота и духоте замкнутого помещения. 

Наверно, эти колебания между Луной и Солнцем – это и есть релятивизм. Хочется верить, что выбор все-таки будет сделан. 
Subscribe

  • 27

    Дочитал «Улисс». Книжка, которая ждала своего часа – своих месяцев :) – двадцать семь лет. Приходила она в журналах, наверно…

  • Эпизод восемнадцатый

    .. уверена у ней вся набожность оттого что ни один мужчина на нее второй раз не взглянет .. я вошла в ту комнату за спичками показать ему про смерть…

  • Эпизод семнадцатый

    .. Какими параллельными курсами следовали Блум и Стивен на обратном пути? .. На ступеньках четвертого в ряду равноразличных нечетных номеров,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments