March 11th, 2007

cup

Если наступит оледенение

Прочитал анекдот «про математика»:
«В гостинице, куда поселились инженер, математик и физик возник пожар.
Инженер – унюхав запах гари, выбегает в коридор, подбегает к пожарному гидранту, и быстро заливает огонь водой.
Физик – поняв, что отель горит, оценив запасы горючих материалов и приняв во внимание теплоемкость воды и все такое прочее, тушит пожар минимально необходимым количеством воды, затратив минимум энергии.
Математик – осознав, что все кругом полыхает, задумчиво смотрит на пожарный гидрант. И воскликнув: «О! Решение существует!» – спокойно возвращается к себе в номер...»

Уж не знаю, как у математиков, но это совершенно реальная позиция. С той только поправкой, что редко удается «спокойно вернуться к себе в номер». Многие проблемы, что так волнуют человека, имеют свои решения. Во всяком случае, не нужно много наблюдательности, чтобы замечать эти решения в ассортименте. И если большинство просто тупо горят, то некоторые (как «инженер» и «физик») активно пользуются этими, давно апробированными решениями. Но есть и такие, которым так отвратительна эта вечная цепочка «... – проблема – решение – проблема – решение – ...», что они делают все, чтобы было «не как у людей», чтобы все пошло наперекосяк. И этот «перекосяк» и становится их жизнью.

Вот Бродский – типичный представитель этого сорта людей. Удивительно, что из такого, казалось бы, хаоса, родилось столько жизнеспособных вещей.

«... Я обучаю толкованию поэзии, и многие мои студенты начинают писать стихи. Я обычно не отговариваю их, наоборот. Я заставляю их заучивать наизусть до двух тысяч стихов за семестр. Хочу, чтобы они почувствовали, как звучит их родной язык. Эти стихи станут для них внутренним пламенем, которое согреет, если наступит оледенение...»

«... Я иногда думаю о себе как о человеке, который любит Одена или любит Ахматову больше самого себя… Это, конечно, преувеличение, но мне иногда комфортно жить с этим преувеличением. Я очень ясно представляю себе одну вещь: они были лучше меня во всех отношениях. И этой мысли достаточно...»

Кстати про Одена. Наверно, я в принципе не умею читать английский текст. Вот, скажем, одна строфа:

They left. Immediately the memory faded
Of all they known: they could not understand
The dogs now who before had always aided;
The stream was dumb with whom they'd always planned.

Первая строка совершенно не желает ритмически складываться во что-то стройное, как это сделано в переводе Тверской:

Они ушли. И память тут же стерла
Воспоминанья. Стала им ничья
Не внятна речь: ни псов, вчера покорных,
Ни сразу онемевшего ручья.

Как-то это огорчает. Кажется, что вот она – красота – вся у тебя на виду, а воспринимаешь только каике-то каракули.
  • Current Music
    Remebering to Forget