June 28th, 2009

cup

Течение морской жизни

С натуры:

Завтрак в компании дерзких котов –
окружают и просят
сыр, колбасу и т.д. Будь готов
поделиться. И в восемь
отправляйся на пляж занимать лежаки,
место под тенью,
по горячим камням ускоряя шаги
и готовясь к паденью
в эти радуги, блики, жидкий хрусталь,
флэшкой враз ухватив беломорскую даль.

Так нам, во всяком случае, объясняли. Турки называют море у Кемера белым. Якобы поутру на его поверхности появляется пленка из соли и море кажется белым. Не заметил, но пусть.

Распорядок дня установился. Он, как и предполагалось, вполне овощной. Просыпаемся часов в семь, или чуть позже и лежим. Я как-то быстро просыпаюсь, а М., а тем более Е. как сомнамбулы – вроде и шевелятся, а вроде как и спят. Потом они начинают собирать свои пожитки и причесываться – из одежды в основном волосы, и их приходится как-то приводить в надлежащий вид. Майки же постепенно становятся затрапезными, приморскими. В белых пятнах соли, мятые и выгоревшие. Потом мы идем на завтрак.

В прошлый раз народ вставал поздно, и если прийти в первых рядах, то можно было посидеть почти в одиночестве. Здесь не так. Соотечественники встают рано. Возможно потому, что многие приехали откуда-то с Енисея, а там уже полдень. А у англичан, которые преимущественно и заселяли отель в Олуденизе – наоборот, солнце еще не встало.

На завтраке Е. делает булочки, фаршированные вареньем и помазанные шоколадом, а М. скармливает кошкам нашу колбасу и сыр. Но кошки приходят не всегда, возможно кормятся и в других отелях. Тот самый роскошный камышовый кот еще и боевой – весь в шрамах и свежих подсохших ранах. Да, вид у него как у настоящего воина, и взгляд с вызовом. Но с людьми он пока не проявлял агрессии.

Потом мы идем на море, это близко – спуститься по нескольким ступеням. Е. ныряет с пирса, М. плавает пароходиком вдоль берега. Когда я забираюсь в воду, подплывает Е. и требует заняться акробатикой, возней, брызгами, притапливаниями и проч. Когда я говорю, что хочу потихоньку поплавать, она обижается, но гребет восвояси. Но потом я её все-таки зову, и она несется ко мне как торпеда.

Ближе к полудню лежим под зонтиками. Е. читает «Мама не горюй», М. делает вид, что спит, а я что-нибудь пишу в блокнотике. Рисовать да, не получается. Да, в общем-то, не очень-то и хотелось. Сегодня устроил Е. лекцию по введению в мат. анализ. Рассказал про последовательности и их пределы. Ввел определение предела и показал, зачем оно нужно. Доказали теорему о невозможности существования двух пределов. Определение предела функции и о производной. И даже решили пару дифференциальных уравнений. Прикол! А что? Е. уже не пугается и даже что-то такое говорит адекватное. То есть разговаривать можно.

Приближается время обеда, и мы возвращаемся в номер. Валяемся на кроватях, Е. что-то сочиняет или смотрит «Тетрадь смерти» по десятому разу. Иногда перед обедом мы выходим прогулять. Это непросто, так как жара и тени почти нет. Но по соседству живописные переулки и тропа вдоль моря, так что если недолго, то вполне возможно пройтись.