April 12th, 2011

cup

Дыщ-дыщ-дыщ

Сидел вчера ночью, стучал по клавишам – приходит М. и говорит, что у нас за стеной какой-то сумасшедший телевизор. Захожу – в самом деле, звук такой, будто это не у соседей, а прямо у нас дома. Сначала думал, что это традиционно сверху, но нет – теперь сбоку, там вроде и не живет никто, с улицы эта квартира выглядит даже не отремонтированной. Так – дверь железную поставили, и успокоились.

Ну что, пошел выяснять, что за дела.

Сразу оказалось, что у двери нет звонка. Стучал-стучал – безрезультатно. Только руку отбил. В принципе можно было бы поступить просто, повернуть рубильник на щите с электрическими счетчиками. Но теперь, в этом мире компьютеризации – еще сгорит что... Решил пока повременить с такими радикальными мерами, да и телек вроде как приутих. Может, одумались? Вернулся домой. Но нет – опять загрохотало. Пошел стучать дальше, так как отступать некуда – спать под такие звуки невозможно.

Стоял, стучал в дверь и раздумывал о том – кто там, за ней? Может быть это не телек, а компьютерная игра? Даже на игру больше похоже – какое-то непрерывное дыщ-дыщ-дыщ и вопли.

И вот я поймал паузу и застучал с особым остервенением. Наконец раздался человеческий голос, что-то в том смысле: «Кто там стучит?!..» И пошли к двери. Ужасно долго шли, и еще дольше копошились с замком. Было похоже на мизансцену из «Денс-денс-денс», когда герой повествования (как его там звали?) стучался в отеле «Дельфин» к Человеку-Овце.

Открыл какой-то неожиданно старенький дедушка. Буквально ветхий, шатающийся такой, с одним торчащим зубом и серой щетиной на темном лице. По-моему он даже пытался улыбаться. Я, как мог, объяснил ему ситуацию. Он попросил меня зайти и посмотреть что с телевизором. Под ногами у него вилась кошка.

Зашел. В самом деле, ремонта почти нет, какие-то облезлые стены. В комнате у него было темно, только мигал и орал телек. Весь экран у него был в служебных текстовых надписях – разнообразные незакрытые меню. А за ними проступал боевик в черных тонах, какое-то невразумительное мелькание. Стал искать выключатель, пошарил по стене. Старичок всё копошился в прихожей.
Я, наконец, включил свет. У одной стены стоял покосившийся топчан с зеленым покрывалом, а у противоположной стены – тумбочка с серой битой тошибой, а рядом пульт. Но оказалось, что это пульт от чего-то другого, а телевизионный пульт дедок нашел мне, порывшись в своей «кровати».

Громкость оказалась установлена на 45. Я убавлял её и убавлял, пока не стало более-менее тихо. И тут я понял и спросил его: «А вы так наверно ничего не слышите?» Дедушка снова улыбнулся и сказал: «Ничего не слышу». Тогда я сказал: «Тогда я лучше его совсем выключу». И выключил. Наступила тишина.

Тут я снова затянул свою унылую песню о том, что уже двенадцатый час, дети спят, а нам завтра типа на работу. Дедок всё смотрел на меня и кивал. Я положил пульт на тумбочку и пошел к двери. «До свидания – сказал я – извините…» А, да… я еще предлагал ему купить себе наушники. На самом деле ночь тут не причем. Если он так врубит свой телек днем, то будет не на много лучше. А с другой стороны в его комнате ничего нет кроме этого телевизора и кошки. Что ему еще делать? И все это на громкости 45. Интересно, что он там вообще делал? Ни разу его не видел. Откуда взялся? Может это типа сторож? Потому что снимать такую квартиру дороговато будет – вид у него был хуже бомжа. В общем, не ясно. И осадок какой-то остался нехороший, типа опять навредил.

М. потом еще очень долго не могла заснуть – боялась, что снова заорет этот чертов телевизор. Но пока обошлось.