September 23rd, 2017

cup

(no subject)

Фрэнк и в детстве был непоседливый. Ему хотелось сразу всего. Сядет упражняться за фортепьяно, как тут же клавиши напомнят ему отложенную шахматную партию. Только расставит фигуры, как уже хочется покачаться на лошадке или побежать во двор к ребятам. На улице, в разгар игры, размечтается, отойдет в уголок, сядет и засмотрится на облака. Сначала его пытались воспитывать, приучать к дисциплине, но потом бросили. А к двадцати годам Фрэнку стало казаться, что он должен увидеть, понять, сделать что-то важное, но круговерть дел и увлечений отвлекают и не дают понять, чего же он хочет. Жизнь, как напёрсточник, ловко захватывала его внимание, стучала своими наперстками, бубнила, подпевала, притопывала. И даже когда Фрэнк выигрывал, то это и был главный обман – там оказывался всего лишь стальной шарик. Что-то важное было спрятано и под другими наперстками. Ах, если бы Фрэнку хотя бы намекнули – что?

Collapse )