April 17th, 2018

cup

(no subject)

Петр не боролся с агорафобией, он с ней жил. Его дом представлял собой перетекающие друг в друга кладовочки, коридорчики, закутки. Маленькие окошки выглядывали не на улицу – в густой темный сад. Где-то там, за деревьями, за давно нестриженными кустами, был высокий забор. У окон стояли горшки с цветами, и даже кадка с бонсаем – скрученная карликовая яблоня. Как раз сейчас на ней белела цветами ветка. С Марией Петр познакомился по работе, через коллектор коммуникаторов. Любовь с первого аватара. Видеочат не разочаровал, наоборот, Петр понял, что влюблен. Парадокс заключался в том, что Мария страдала клаустрофобией. Точнее не страдала, а так же как и Петр просто жила со своей странностью. Обдумывая сложившуюся диспозицию, Петр предложил Марии прийти к нему в сад и встретиться за кустами сирени, под маленьким балкончиком, рядом с цветущей яблоневой веткой. Как туда добрался Петр лучше не спрашивать. Но ему было приятно, что сделал он это ради любви.

Collapse )
cup

Листая назад

Л. рассказывала про то, как они решили в свой фильм вставить фрагмент песни. Типа кто-то между делом напевает: «… от улыбки станет всем светлей, и слону и даже маленькой улитке…» И обратились к Шаинскому, как обладателю авторских прав. Тот попросил тысячу евро. После долгих и нудных переговоров сошлись на пятистах.

Collapse )