May 21st, 2018

cup

(no subject)

Дайдодзи сломал карандаш. Ножа не было. Попробовал поддеть и оторвать клочок древесины ногтями, сколол ноготь. Тогда в ход пошли зубы. Вскоре удалось освободить примерно сантиметр грифеля. Потом Дайдодзи подобрал с земли камушек и поширкал грифелем по нему. Карандаш приобрел необходимую остроту, хотя и выглядел взлохмаченным и измученным. Юки терпеливо ждала завершения этих манипуляций. Наконец Дайдодзи продолжил рисовать. Он почти год уговаривал Юки позировать ему, но та никак не решалась. Но когда он пригласил её в рощу каменных берез, она неожиданно согласилась. Теперь она лежала на куске брезента. Голая, белая и кривая как деревья вокруг, глаза её были влажны, а рот дрожал в обычной усмешке. Дайдодзи делал уже пятнадцатый набросок, на этот раз он выбрал особенно рискованный ракурс, но Юки уже освоилась. Дайдодзи подумал, что сила, свернувшая это тело в узел, должна была остаться в нем, течь, пульсировать, выплескиваться на особо крутых поворотах. Дайкодзи взглянул на лист бумаги, на карандаш, который снова требовал зубов, и сделал шаг к Юки. Она сказала: «Всё в порядке. Я вас провожу. Сначала вы пригибаетесь и подлезаете слева, потом поворачиваетесь на пол-оборота к груди и поджимаете правую ногу... так, так... теперь еще чуть разворачивайтесь и обнимаете меня за шею. Готово». Дайдодзи понял, что до сих пор сжимает карандаш в ладони. Он бросил его на траву. Зеленые волосы Юки напоминали первую весеннюю листву.

Collapse )