January 20th, 2019

cup

Для симметрии

Решил тут перечитать «Войну и мир». Принес с Западной первую книжку, еще ту, что с такими мучениями пытался читать в школе. Сильно потрепанная, видно, что не так просто лежала. И вот, нахожусь в процессе.
Невольно вспоминается пелевинский роман «t», где один из персонажей сам Лев Толстой, который оказался героем повествования и на своей шкуре чувствует, каково это – быть заложником воли автора. Точнее вынужден чувствовать, т.к. и это своего рода просветление лишь насильственно вложенная в сознание мысль.

Так вот, «Война и мир». Ощущение сильное. Не могу отделаться от того, что все эти тонкие движения души, душ героев повествования – это приказы, которые неумолимо раздает автор. Четкие, однозначные, не позволяющие уклониться. Особенно жутковато, когда автор приказывает герою быть непосредственным, как бы «самим собой».

Collapse )
cup

Читая френдленту

Прощение – это осознание неизбежности.

Конечно, это нелокальное чувство. В том смысле, что невозможно осознать неизбежность поступков чуваков в подворотне. Когда оказался в их власти. Структура момента она вообще такая – затягивает. Но потом. Потом конечно не так сложно представить. Понять, что это может быть лучшее, что они могли сделать со своими жизнями, да и с твоей. Это лишь вопрос готовности посмотреть на ситуацию другими глазами.

Collapse )