March 6th, 2020

cup

контент

vagonsky: «Похоже, у многих нет понимания – зачем нужна литература. Мне это напоминает вопросы школьников на уроках алгебры/геометрии – а зачем нам это надо? И дежурный ответ на уровне "посчитать сдачу в магазине", только укрепляющий в уверенности, что в школе не учат ничему ценному. То, что математика и литература в первую очередь служат для "развития мозга" почему-то не осознается».

mike67: «А я скажу в чем беда. Как только позволяют задать вопросы, они сразу же будут заданы. На вопрос "зачем жить?" тоже нет ответа. Любое воспитание и передача традиции возможны только тогда, когда "старший" имеет возможность не отвечать на такого рода вопросы».

ТАКОГО рода вопросы. Но детей почему-то интересуют как раз они. Может лишь затем чтобы «отмазаться», поменьше учить, побольше заниматься своим детским шуршанием. Бедные дети! Они еще не знают, что это такое в самом деле задуматься над вопросом «Зачем это нужно?» Вся эта литература, алгебра и прочее... Побольше всего напихать, чтобы места свободного не осталось. Едва ли от всего этого мозг как-то заметно развивается. Но ему есть о чем подумать.

Collapse )
cup

недописанная америка

«Бедная, бедная любимая, избави Тебя Бог от повинности когда-нибудь читать этот разнесчастный роман, над которым я тупо корплю. Ужасно, как меняются его обличья; покуда поклажа на тарантасе (вон как я расписался – кляксы так и летят!), мне на облучке хорошо, я с упоением щелкаю хлыстом, и сам черт мне не брат; но как только поклажа сваливается (а этого ни предусмотреть, ни предотвратить, ни скрыть невозможно), как это было вчера и сегодня, она тут же становится непосильной ношей для моих тщедушных плеч, – ну просто хоть все бросай и тут же, не сходя с места, рой себе могилу. В конце концов, для смерти от столь безысходного отчаяния нет поприща достойнее и краше, чем собственный роман. У меня тут как раз в три часа ночи с соседних балконов восьмого этажа переговариваются двое персонажей, со вчерашнего дня изрядно поблекших. А что если я снизу, с улицы, крикну им «адье!» и покину их раз и навсегда. И они враз безжизненно поникнут каждый на своем балконе, уставившись друг на друга через решетки перил своими застывшими, мертвыми лицами. Но я только грожусь, любимая, а на самом деле, конечно, ничего такого не сделаю».
(Кафка Франц. Письма к Фелиции, 25.01.1913)

Collapse )