Посмотрели в несколько приемов

«Португальскую монахиню» Эжена Грина (A Religiosa Portuguesa). Где сам режиссер и играет собственно режиссера еще более странного фильма, чем этот. Показался похожим на постаревшего Маурицио Никетти. Редко увидишь режиссера, так не похожего на свои фильмы.


Лиссабон здорово помогает в просмотре. Ощущение такое, будто там немного пожил.

А еще подумал, что герои фильма напоминают шахматные фигуры – несмотря на свою чуть ли не патологическую статичность и условность, они живут какой-то удивительно насыщенной жизнью, ужасно плотной. Только в отличие от шахмат их партия началась где-то вдали от начала и окончилась далеко от конца. Даже сейчас ловлю себя на желании выпрямить спину, сесть расслабленно-строго, и заговорить такими глубокомысленными обрывками, среди которых чаще всего встречаются «да» и «нет», будто за каждым из этих коротких слов стоит еще по тысяче, но говорить их то ли запрещено, то ли бессмысленно.