Рената ушла из дома, а он продолжал жить своей жизнью. Из крана капала вода, фикус шуршал опадающими листьями, часы продолжали куда-то спешить, солнце, не умея сдержать любопытство, заглядывало то в одно окно, то в другое. Лунный свет провел одинокую ночь в её постели. «Обрадовались, – думала Рената, – хозяйничают!» Но жизнь продолжалась. Это значит, что воду скоро отключат за неуплату, батарейка сядет, оконные стекла так пропылятся, что солнцу придется протискиваться, а оно этого не любит. Не отраженные лунным диском лучи – моль проест дырочки в бордовом клетчатом пледе… Рената сидела на лавочке в парке, светало. Пора было снова собирать себя по кусочкам.

Мне неприятно. Если надо – вместе,
мы всё что надо сделаем с тобой.
А ты в соседней комнате без вести
пропал, и, кажется, целуешься с трубой.
Рубашка тебя нежно обнимает,
зачем я только гладила её!
Я гадина, всё, что в тебе – моё,
да и снаружи… то ли дело в мае,
ты помнишь май? Запутавшись в чулках,
где чьи колени и носы не разбирали,
дуга логарифмической спирали
нам обещала точку. На щеках
горел рассвет. И вот теперь ноябрь.
И кто его накликала? Не я ль?