am. (antimeridiem) wrote,
am.
antimeridiem

Categories:

Превращаем «Улисс» Джойса в стихи путем многократного встряхивания

Эпизод первый
..
Неся в руках чашку с пеной, на которой накрест лежали зеркальце и бритва.
..
Белые ровные зубы кой-где поблескивали золотыми крупинками.

..
– Послушай, Маллиган, – промолвил Стивен негромко.
– Да, моя радость?
– Долго еще Хейнс будет жить в башне?
В кромешном мраке, с каким-то незнакомцем, который стонет и бредит, что надо застрелить пантеру. Ты спасал тонущих. Но я, знаешь ли, не герой. Если он тут останется, я ухожу.
..
Новый оттенок в палитру ирландского стихотворца: сопливо-зеленый. Почти ощущаешь вкус, правда?
..
– Моя тетка считает, ты убил свою мать.
– Кто-то ее убил, – сумрачно бросил Стивен.
– Черт побери, Клинк, уж на колени ты бы мог стать, если умирающая мать просит, я сам гипербореец не хуже тебя. Но это ж подумать только, мать с последним вздохом умоляет стать на колени, помолиться за нее – и ты отказываешься. Нет, что-то в тебе зловещее...
..
Белый фарфоровый сосуд у ее смертного одра заполняла тягучая зеленая желчь, которую она с громкими стонами извергала из своей гниющей печени в приступах мучительной рвоты.
..
– Ты очень недурно смотришься, когда прилично одет.
– Спасибо, – ответил Стивен. – Если они серые, я их не могу носить.
– Он их не может носить, – сказал Бык Маллиган своему отражению в зеркале. – Этикет значит этикет. Он мать родную убил, но серые брюки ни за что не оденет.
..
Отступив и показывая на зеркало, Стивен с горечью произнес:
– Вот символ ирландского искусства. Треснувшее зеркало служанки.
..
– Ты готовил чай, – продолжал Стивен, – а я пошел на кухню за кипятком. Из комнат вышла твоя мать и с ней кто-то из гостей. Она спросила, кто у тебя.
– Ну? – не отступал Бык Маллиган. – А я что сказал? Я уже все забыл.
– А ты сказал, – ответил Стивен ему, – «Да так, просто Дедал, у которого мамаша подохла».
– Я и не говорю, что это оскорбляет мою мать.
– Так что же тогда? – спросил Бык Маллиган.
– Это оскорбляет меня, – был ответ.
..
Скорбные воспоминания осаждают его разум. Стакан воды из крана на кухне, когда она собиралась к причастию. Яблоко с сахаром внутри, испеченное для нее на плите в темный осенний вечер. Ее изящные ногти, окрашенные кровью вшей с детских рубашонок.
..
Во сне, безмолвно, она явилась ему, ее иссохшее тело в темных погребальных одеждах окружал запах воска и розового дерева, ее дыхание, когда она склонилась над ним с неслышными тайными словами, веяло сыростью могильного тлена.
..
Лучи солнца веселились над морем. Забытая никелевая чашка для бритья поблескивала на парапете. Почему я должен ее относить? Может, оставить тут на весь день, памятником забытой дружбе?
..
– Ах, я вся таю, – произнес он, – как сказала свечка, когда... Но – тес! Про это не будем. Клинк, проснись! Подавай хлеб, масло, мед. Присоединяйтесь, Хейнс. Кормежка готова. Благослови, Господи, нас и эти дары твои. Черт побери, молока нет!
Стивен достал из шкафчика масленку, хлеб и горшочек с медом.
..
Она налила еще мерку с избытком.
..
Древняя и таинственная, она явилась из утреннего мира, быть может, вестницей. Наливая молоко, она расхваливала его. В сочных лугах, чуть свет, она уже доила, сидя на корточках, ведьма на поганке, скрюченные пальцы проворны у набухшего вымени. Мычанием встречала ее привычный приход скотинка, шелковая от росы. Бедная старушка, шелковая коровка – такие прозвища давались ей в старину.
..
Стивен налил третью чашку, слегка закрасив ложечкой чая густое жирное молоко.
..
Стивен, взяв ясеневую тросточку, стоявшую у стены, тронулся за ним следом. Выйдя на лестницу, он притянул неподатливую стальную дверь и запер ее. Гигантский ключ сунул во внутренний карман.

// 8 часов утра. Роман открывается динамично. Бык Маллиган, фальшивый друг и завистник Стивена, окольными маневрами выживает его из места их обитания, башни Мартелло. У Стивена в личности Быка многое вызывает эмоциональное и нравственное отталкивание, но он не расположен к борьбе, а расположен к страдательной, жертвенной позиции. Все трое действительно жили в башне Мартелло – одной из сторожевых башен, выстроенных в эпоху наполеоновских войн. Характеры, занятия, отношения лиц в целом сохранены, и даже кошмары Хейнса с воплями про черную пантеру – факт жизни. Наклонность же видеть всюду предательство и измену – глубинная черта натуры самого автора. Следы ее многочисленны: тема предательства – сквозная нить, один из лейтмотивов романа.
Tags: Улисс
Subscribe

  • 27

    Дочитал «Улисс». Книжка, которая ждала своего часа – своих месяцев :) – двадцать семь лет. Приходила она в журналах, наверно…

  • Эпизод восемнадцатый

    .. уверена у ней вся набожность оттого что ни один мужчина на нее второй раз не взглянет .. я вошла в ту комнату за спичками показать ему про смерть…

  • Эпизод семнадцатый

    .. Какими параллельными курсами следовали Блум и Стивен на обратном пути? .. На ступеньках четвертого в ряду равноразличных нечетных номеров,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments