am. (antimeridiem) wrote,
am.
antimeridiem

АКУЛА

– Давай-ка вспомним про наши уравнения. Сейчас решим уже готовое, а потом под него придумаем задачу. Ну вот, такое например... э-э-э-э... Два игрек, минус пять равно... сто один. Ну, давай, вперед!
– Пятьдесят три!
– Не-е-е... ну то есть конечно да, но хотелось бы узнать, как получилось.
– Сто шесть!
– Чего сто шесть? Откуда это взялось?
– Плюс пять.
– И что? К чему пять и почему?
– ....
– Так, похоже, пока мы ползли к квадратным уравнениям, то потеряли линейные. Растеряли. Так чего делать, как всё это дело упростить? Почему эта штука называется «уравнение»?


Уравнение было написано на небольшом участке, выкроенном из поля формата А4, с пружиной по боку. Уравнению было тесно, и оно несколько стеснялось выкладок за границами его поля – там все были такие ровные, четкие, а оно заваливалось как пепел недокуренной сигареты и так же топорщилось. И где они собираются писать условие задачи? А тем более рисовать? Раньше-то были времена – рисовали, целая история, комикс. Теперь небось всё лишь на словах. Вон, уже какие-то Оли с Колями пошли, собирают марки. Как-то маловато у них марок…


– Ну вот, теперь ты примерно представляешь, что требуется. Есть некая структура – уравнение и под него выдумываешь историю с вопросом. Так, чтобы получилась задача, но не абы какая, а чтобы решалась с помощью вот этого уравнения. Давай.
– Я подумаю.
– Ну, думай, время не ограничено. Главное – что-то придумать.
– Было два ёжика… Оля и Коля…
– Неплохо. Ежиха и ёж…
– Ежиха и ёж Коля...
– И они поймали на двоих сто червяков и один, но всех съесть не успели, потому что пять червяков успели уползти…
– Нет! Было два ёжика, Оля и Коля, и у них был сто один зуб…
– Зуб?!
– Но Оле не нравилось, что у неё зубы в два ряда растут, как у акулы, и она начала их раскачивать. Раскачала пять зубов, и они выпали.
– И стало у Оли, как у Коли, поровну!
– Сколько в каждом ряду было зубов?
– Мда-а-а… вот только 53 число простое… Знаешь, наверно зубы у них росли не рядами, а как иголки. Как придется.

Уравнение почувствовало какое-то присутствие. Ага, точно. Рядом, на паре-тройке квадратных сантиметров пустого пространства, проступила Акула. Пересчитать зубы у неё во рту не представлялось возможным, но Уравнение знало – их пятьдесят три.
– А знаешь, почему пятьдесят три? – спросила Акула.
– Мне ли не знать! – презрительно хмыкнуло Уравнение.
– Знаешь, да только всё ерунду. Он учился в пятьдесят третьей школе, ясно?
– И что, вот так подгадал? Зачем ему это?
– Это не он. Он об этом даже не догадывается. Это что-то у него внутри засунуло мне эти зубы. То, что меня нарисовало. Он, ты знаешь, тут вообще ни при чем.
– А ежи тут при чем?
Акула задумалась.

Уравнение вспомнило, сколько раз его заставляли иметь дело с ежами. И всё это были какие-то мультяшные ежи, бродящие по лесу солнечным днем, собирающие грибы и яблоки, каким-то удивительным способом накалывающие их на иголки. Хотя едят ежи преимущественно ночью, червей и слизней, а при необходимости могут съесть и гадюку, они вообще малочувствительный к ядам. А еще перед спариванием ежиха Оля должна была бы тщательно пригладить колючки и изогнуть спину вниз. Так что 53 зуба… мир – одна непрерывная фантазия, мне всё равно, что к чему приравнивать.


– Кстати про акул, – сказала Акула, – видишь, как меня тут изобразили? Зубов почти не видно, а сама как воздушный шарик? Это тоже, оттуда. По пути к 53-й школе, вдоль дороги, по автобусным остановкам, разместили рекламные плакаты. И на них – надувная акула! Акула, которая может лопнуть. Акула, которая не может нырнуть. Акула, которая не может укусить. Но всё-таки акула – каждый скажет. И это распознавание образов!? Это надувательство!
– Это мелочи. Тут одно время была акула, которая надевалась на палец. То есть она была размером с пальчик, разрезана пополам, вся выпотрошена и оставлена только верхняя половина. Рот у нее был изнутри зашит, а зубы мягкие, из тонкого такого фетра. И их было далеко не 53, может штук десять.
– Хорошо тебе, – вздохнула Акула, – ты всегда уравнение. Тебе глотку не зашьешь…
– Тебя просто ни разу не решали.

Тебя ни разу не решали,
не мяли, комкая в уме.
А сквозь равно тебя рожали?
Уме-
реть можно было десять
раз или сто.
А вот бывает, что примерно,
извилисто
соединяются две чаши
моих весов,
И перекосится сейчас же,
не сов-
падает, даже если совсем чуть-чуть,
такая боль, тоска такая,
такая жуть.
Хотела зубы, хотела когти, хотела рог.
Но рук не дали хлопнуть дверью, не дали ног.

– Если бы я была крокодилом, я бы расплакалась, – проворчала Акула.
– Крокодилом не обязательно, если есть внутренние резервы. Как тебе такое, например: «Акула всплакнула»?
– Потеряешь тут с алгеброй гармонию... Кстати про 53 зуба. У меня зубы не только во рту, да. Они у меня везде! В смысле я вся усыпана зубами. Плакоидная чешуя, что характерно.
– Обалдеть, – кажется Уравнение уже начало испытывать что-то вроде удивления, – а зачем?
– Для скорости! Чудесный эффект, снижаем сопротивление, боремся с турбулентностью. Ну, чем тебя еще удивить?
– Да... от два игрек минус сто шесть до Навье-Стокса мне еще расти и расти...
– Главное плыть, а не ныть. Знаешь, мы, акулы, всегда в движении. Мышечные сокращения нашего тела помогают нашему слабому сердцу. Ты знала, что у акул слабое сердце?
Tags: pictures&conversation
Subscribe

  • Cornelis de Vos

    Two Sisters

  • пройденное

    Петр понял, что пора кем-то становиться. Можно было бы конечно оставаться просто Петром, но это требовало слишком большого напряжения. А Петр уже…

  • удовольствия

    «Некоторые дают обещания ради удовольствия их нарушить». (Уильям Хэзлитт)

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments