am. (antimeridiem) wrote,
am.
antimeridiem

Category:

Когда мы были веселее

познакомились с творчеством Эмиля Виктора Рью. Дело даже не в стишках (хотя они оч. клёвые), а в изобретении формы. Вот три штуки из доступных:

***
Размышления черепахи, дремлющей под кустом роз
неподалёку от пчелиного улья в полуденный час,
когда собака рыщет вокруг,
и кукушка кукует в дальнем лесу

С какого ни посмотришь бока –
Я в мире очень одинока!


***
Монолог черепахи, вновь посетившей через полчаса
грядку с салатом, хотя ей давно было пора
вкушать послеобеденный сон
на клумбе среди голубых незабудок

Растительная пища –
Такая вкуснотища!


***
Ночные мысли черепахи,
страдающей от бессонницы
на подстриженном газоне

Земля, конечно, плоская;
Притом ужасно жесткая!


И вот я тоже решил поучаствовать и сложил, почти что с натуры:

***
Августовская жара в сочетании с панцирем не дает черепахе насладиться
последними летними деньками, несмотря на праздные выходные:

Валялись целый день в постели,
А как устали и вспотели!


***
Итог размышлений черепахи о том, как было бы здорово стать китайской черепахой,
или даже какой-нибудь бабочкой:

Видимо кишка тонка…
Во всяком случае пока!


***
Черепаха смотрит рекламу Пепси-колы и вспоминает свое детское желание
взять от жизни все:

Хотела просветленья
Пока жрала варенье.


***
Маленький мальчик схватил черепаху за панцирь, чтобы получше её рассмотреть, а та не сразу заметила:

Веселенькое дело –
Сама собой взлетела!


***
Как-то раз черепаха решила набраться ума. И вот что она записала в своем дневнике,
присев отдохнуть в прохладной тени лопуха:

Учила умножение
До изнеможения…


***
Старая-старая черепаха по прочтении этих стихов вспоминает былые дни, когда она была совсем маленькой и резвой (насколько это возможно для черепахи), но старческая память ее, возможно, подводит:

Ну да, встречала Будду
Я этого как будто.


***
Черепаха взахлеб рассказывает о том, как она заплыла в подводную пещеру, и уже почти совсем заблудилась. Но все-таки нашла в себе внутренние резервы для борьбы с тьмой:

Было не видно ни зги…
Но я включила мозги!


***
Старая-старая черепаха решила расчистить накопившиеся за долгие годы завалы вещей. Поскольку просто так выкинуть было жалко, то она решила их распродать. И теперь пишет объявления в газету:

Гора барахла неприличная
И я вся такая античная!


***
Как-то раз черепаха забила косяк и устроилась поудобнее под своим любимым лопухом. Когда сигарета кончилась, черепаха мечтательно улыбнулась и, посмотрев в глубокое синее небо, произнесла:

Подумать только! В дыме гашиша
Когда-нибудь поселится душа…


***
Черепаха на старости лет захотела стать художником, но умела рисовать только так, как делала это в пять лет. Свой творческий рост она решила продемонстрировать, нарисовав картину побольше, но потом вспомнила, что в своем домике только она только одна и помещается, да и то лапы и голова торчат наружу:

Детский рисунок размером со стену…
Боже! Куда я всё это дену?!


***
Как-то раз Черепаха увидела ящерицу, убегающую без хвоста и даже, кажется, без задней лапы. И хотя черепаха знала, что лапа и хвост наверняка отрастут вновь, она решила, что лучше все-таки спать без задних ног, чем вот так бегать:

Лучшие друзья – матрац и я,
Вот такое что регенерация!


***
Черепаха в юности увлекалась французскими любовными романами, а потом долго мечтала оказаться в Париже. И вот, наконец, её мечта осуществилась:

Про этот город я читала в книжке.
Приехала – узнала лишь по вышке.


***
Черепаха впала в осеннюю хандру – лежит и разглядывает свой панцирь,
так похожий на склеенные друг с другом маленькие желтоватые черепа:

Да… безжизненный пейзаж…
Кто бы сделал мне массаж?


***
Однажды Черепаха полезла за толстым томом И-Цзин, что стоял на верхней полке. Не удержала равновесия, закачалась и рухнула на пол. Разглядывая потом трещинки на панцире, увидела в них гексаграмму. Закончив интерпретацию, сложила:

Не скрыли трещины секрета,
Что я свалилась с табурета.


***
Однажды Черепаха побывала в Японии. А потом всем рассказывала, как сидела в тени кипариса и спорила до хрипоты с японскими черепахами:

Мне говорят: «Убейте Будду!»
А я: «Мне жалко, я не буду!»


***
Как-то раз Черепаха пошла на выставку Рембрандта, где были представлены его многочисленные автопортреты. Черепаха решила, что и ей не мешало бы оставить свое изображение в веках. Глядишь, и на неё когда-нибудь придет полюбоваться столько юных черепах. Пришла домой и, не откладывая в долгий ящик, начала. И что же?

Хотела рисовать себя, достала ватман.
А получалось лишь одно – все Атман, Атман…


***
Как-то раз Черепахе показалось, что её жизнь слишком плоская. Решив добавить объема, купила себе двухуровневую квартиру. Но оказалось, что перемещаться вверх-вниз она может только с черепашьей скоростью. И хотя на лестнице было всего восемь ступенек, она так долго спускалась к завтраку, что глядишь – уже пора подниматься и укладываться спать. Друзья её успокаивали, говорили, что это очень полезные упражнения, но Черепаха сомневалась:

Быть может крепче станет и душа, и тело,
Но на ступеньках жить я как-то не хотела…


***
Когда Черепахе провели кабельное телевидение, она стала часто смотреть православный канал. Там ей рассказывали о рае и аде и прочих тревожных вещах. Призадумавшись, Черепаха с удовлетворением поняла, что не может припомнить за собой никаких особых грехов. И тут же с ужасом увидела рваные бумажки с недописанными, исчерканными, неудачными стихами… Сколько замучено слов! Сколько рождено и брошено уродцев! Подумала с досадой:

Совсем бы не было грехов…
Насочиняла я стихов!


***
Настала зима и Черепаха решила слепить снеговика. Но он не простоял и одного дня, так как местные черепашки-ниндзя отрабатывали на нем свои смертоносные удары. Тогда она решила слепить что-нибудь приземистое – Снежную Черепаху. Но на нее села какая-то мамаша с коляской и раздавила. Больше Черепаха рисковать не стала и взялась за спицы:

Кругом дураки – что же с них взять?
Снеговиков я буду вязать!


***
Как-то раз Черепаха отправилась в соседнюю школу на выборы. Она зашла в зал и сразу увидела перед собой стену с наглядной агитацией. Слева висел плакат с перечнем партий, их эмблемами и программами. А рядом справа – стенд, посвященный поэту Пушкину. Сначала Черепаха прочла все программы, а потом по инерции и про поэта. Стенгазета заканчивалась большой витиеватой надписью: «Как мимолетное виденье, как гений чистой красоты…», а внизу была изображена чернильница и перо.
Черепаха подумала-подумала и пошла домой. Шла и бубнила себе под нос:

Невидимый я брошу бюллетень
За партию-мечту, виденье, тень…


***
Как-то раз Черепаха решила сочинить стихотворение про зиму. В нем должны были быть: ветер, снег, темнота, холод, лед, хруст, вой, блеск, белизна… Но как ни тасовала она эти слова, ничего похожего на зиму не получалось. Когда ей надоело думать (а занималась она этим по обыкновению в утренней постели), Черепаха достала из пакетика мандарин и тут же увидела свое непокорное стихотворение:

Лежу в тепле, среди перин
И очищаю мандарин.


***
Пока Черепаха читала книжку под названием «Вий», её не покидало чувство тревоги. Начерченный мелом магический круг казался ей очень ненадежной защитой. То ли дело пузыри энергетического поля, которыми окружали себя бойцы Звездных войн! Посмотрев на свой панцирь, она подумала, что хоть он не такой радужный и какой-то сплюснутый, это все-таки кое-что:

Чтоб дать отпор любому зверю,
себя я заключила в сферу!


***
Однажды Черепаха так долго мечтала, что уже перестала понимать, где кончаются стихи, а где начинается жизнь. Даже себя она начала представлять как юное воздушное создание, с мохнатыми ресницами и крылышками за спиной. Подумав, что пора бы уже отложить книгу и прогуляться, подумала:

Я скромно опущу ресницы,
когда подкатит он на колеснице…


***
Черепахе всегда казалось, что летающая тарелка должна быть как-то связана с супом. И не исключено, что этот суп как раз черепаший. Так что когда она увидела летающую тарелку, то начала усиленно думать, чтобы ее мысли были телепатически восприняты пилотами тарелки. Она стояла, и все думала, думала, думала:

О том, что тарелка летает
Черепаха не разболтает!


***
Однажды Черепаха отправилась на рыбалку. Ничего не поймала и расстроилась. Поела принесенного из дома салата и улеглась под звездным небом на ночевку. Уснуть не смогла и долго смотрела ввысь. Ей понравилось, что звезды ползут по небу медленно-медленно, как маленькие черепашки. Черепахе и самой начало казаться, что она такая звезда-пылинка, перекатывающаяся по черному паркету неба. Подумала, что пора бы и подмести:

Лежу я под пустынным небом –
Участвую в движении нелепом.


***
Когда Черепаха была совсем маленькая, она услышала выражение: «бесконечно много». Спросила: «А сколько это?» И ей ответили: «Сколько песчинок в песочнице». И тогда она решила узнать точно – сколько же? Вышла во двор и стала считать. Когда она дошла до 5143-й песчинки, она вдруг поняла, что не может вспомнить, посчитала она её или нет. Сидела, смотрела на песок… И теперь уже пыталась не забыть число, на котором остановилась. Тут вспомнила, что почти пропустила мультики. Побежала домой, стряхивая с лап налипшую бесконечность, и ворчала:

Узнать хотела бесконечность -
Какая странная беспечность!


***
Как-то раз Черепаху пригласили на охоту. Но потом оказалось, что сначала нужно доказать, что ты не псих и не бандит, накопить денег и купить ружье, долго ходить на курсы стрелков, забронировать место в избушке охотника… Но этого мало – нужно найти еще как минимум двух таких же черепах-охотников, т.к. в одиночку в лес не пускают. А персональный инструктор заламывает такую цену, да и тот нарасхват… Подумала так:

Тут, говорят, на счастье началась охота?
Возиться с этим что-то неохота…


***
Как-то раз Черепаха влюбилась. Но каждый раз, встречая предмет своей страсти, она начинала так волноваться, что её панцирь дрожал и гремел, как фюзеляж истребителя, вошедшего в глубокое пике. Чтобы хоть как-то упокоиться, Черепаха прислушалась к своим ощущениям и сложила:

Мне не сдержать любовного озноба,
когда я вижу вдалеке мою зазнобу.


***
Черепаха решила подготовиться к переходу на летнее время. И для начала хотя бы починить свои единственные, уже полгода стоящие, часы. Она взгромоздила их на заваленный мусором рабочий стол и вооружилась отверткой. Вскоре механизм был полностью разобран, и детали смешались с остальной мелочью, в ассортименте представленной на столе. Больше всего, почему-то, там было маленьких пружинок от шариковых ручек. Черепаха еще немного повозилась, и решила вылезти погулять.
На улице было свежо и чудесно. Домашние эксперименты со временем, отозвались в уме Черепахи далеким угасающим эхом:

Зима рассыпалась на мелкие пружинки –
кружатся в небе одинокие снежинки.


***
Сто лет назад Черепаха написала роман о черепахе-стюардессе. Она потратила на это занятие почти целый год, разучила названия всех самолетов и даже некоторых городов. Перепечатала свое детище на машинке и пошла на вечеринку, где собирались разные деятели искусств. Выпив пару бокалов вина с какой-то важной на вид черепахой, она подсунула ему свою толстую папку. Через пару минут отошла разочарованная, но скоро опомнилась:

Смотрел почти без интереса…
а мне плевать, я – стюардесса!


***
Как-то вечером Черепаха перебирала старые бумаги и нашла пачку писем – переписку с друзьями. С опаской раскрыла один конверт, другой… И скоро обнаружила, что реальность вокруг стала зыбкой, а настоящая – вот, разворачивается у нее в голове. Даже заулыбалась своей типичной подростковой улыбкой, той, что сводила с ума непутевых молодых черепах. Добравшись по хронологии до весны, прочитала как заклинание:

За счастьем вновь крадусь как тень я…
Пусть повезет мне в день рожденья!


***
С самого детства Черепаху пугали супом. Говорили, что если она будет себя плохо вести, то попадет в суп. При этом Черепахе каждый раз представлялось, что его, этот суп, подадут в панцире. Это, надо сказать, давало обратные результаты – какой смысл что-то делать, если впереди такие перспективы? Но, услышав на уроке биологии рассказ о превращении гусеницы, подумала, что учиться все-таки стоит. Ведь и после супа это может пригодиться:

Пусть даже сварят из меня бульон,
но опыт мой не порастет быльём.


***
Когда на Черепаху накатывало философское настроение, она всегда перечитывала «Гамлета». С течением времени эта процедура значительно упростилась, и она просто вспоминала некоторые фрагменты. И вот настал такой момент, когда от всей книги остался только один вопрос. На который она тоже научилась отвечать.

А я все думаю: «To be or not to be?».
И отвечаю злобно: «Хватит! Не тупи!»


***
Однажды Черепаха увидела, как запускают самолетик на веревочке. Он трещал и кружился, так что и у Черепахи немного закружилась голова. И возможно от этого она представила себя пилотом этого самолета. Как же вокруг все мелькает – одна радужная полоса! И как же наверно приятно среди этого хаоса остановить взгляд на чем-то постоянном:

Летит на нитке самолет за кругом круг,
и только в центре, как обычно, лучший друг.


***
Наступил май и Черепаха вечерами выходила во дворик. Сидела в шезлонге, пока не зайдет солнце, и смотрела на клумбу. Но в приклад к цветам весна приготовила комаров и пауков. А вот вчера еще и муравьи чуть было не залезли под панцирь. Поэтому мысли о прекрасном текли параллельно вполне обоснованным опасениям:

Похоже, распустятся скоро пионы…
Ох, только б не вылупились скорпионы!


***
Черепаха больше всего любила свой панцирь. Вообще, все, что напоминало эти узоры (узоры на панцире), казалось ей очень красивым: круги на воде во время дождя, древесный ствол на срезе, круглые раковины, тротуарные плитки... Но оказалось, что настоящим искусством называют что-то прямоугольное, плоское, упругое и разноцветное. Подумала с досадой:

Сижу, смотрю на свой узор...
Пора расширить кругозор.


***
Как-то раз Черепахе захотелось стать домашним животным. Но, следуя некоторым психологическим инструкциям, она попыталась представить эту ситуацию во всем объеме. Подробности поражали:

Мне будут нужны поводок или шлейка,
на панцире – с адресом будет наклейка!


***
Когда Черепаха прочитала про ту самую великую черепаху, на которой лежит плоскость Земли, то невольно задумалась о своем происхождении. Не то ли запредельное первоначало исторгло эту удивительную эманацию – черепаший род, который теперь низведен до уровня живой игрушки? Подумала с гордостью:

Вот это эманация –
Черепашья нация!


***
Черепаха думала о своем панцире и все никак не могла понять – на щите она или со щитом? Хотелось вылезти и просто погреться на солнышке:

Как хорошо на травке развалиться
Под куполом небес Аустерлица.


***
Черепаха давно подозревала, что она похожа на букву. Иногда на "О", иногда на "Ж". А уж когда увлеклась типографикой, то буквы стали ей как родные.
Некоторые шрифты выглядели веселыми, другие навевали тоску. Но от некоторых, казалось, пробегают мурашки по панцирю, и Черепаха даже
замечала, что начинает с ними кокетничать:

Ах, я вас обожаю, просто до истерики,
мои родные новомодные эксцентрики!


***
Черепаха вдруг посмотрела на себя другими глазами. Что это? Этот холм панциря, его твердая как стена поверхность, лабиринты узоров и главное – очевидная невозможность ни уйти от него, ни окончательно слиться:

Дочитывала и, дыханье затая,
подумала о том, что Замок – это я.


***
Когда Черепаха читала книги, ей казалось, что она ведет с писателем длинный разговор. Вставляет реплики, переспрашивает, делится своими соображениями или на худой конец просто поддакивает. Особенно ей нравилось ругаться с поэтами. Они такие эмоциональные:

Мысль изреченная – не ложь,
и мыслей ты моих не трожь!


***
У Черепахи уже было много свадеб. И вот наступила фарфоровая. Придирчиво осмотрев свой панцирь, решила надеть что-нибудь изысканное. Посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна:

Мой белый костяной фарфор
Произведет такой фурор!


***
Черепахе ужасно хотелось прогуляться в парке, но все как-то не получалось. Она даже достала план города и наметила маршрут. Путь получился путаный и неблизкий. Поэтому продолжала гулять по привычным улицам. Но как-то раз, задумавшись, она забрела в незнакомое место. Заметалась, покружила, и неожиданно уперлась в кованую решетку, за которой простирался тот самый парк. Хотела найти вход, но случайно вырулила на свой родной проспект. Раз так, решила вернуться домой:

Судьбы дорожка будет дальше виться –
когда-нибудь мечта осуществится.


***
Черепаха вышла вечером во двор. Сквозь переплетение ветвей увидела полную луну. Подумала, что весна в сочетании с полнолунием – это тяжелое испытание для души. Чтобы хоть немного расслабиться, села на мокрую скамейку и зашуршала за пазухой:

Точно по календарю
сяду я, да покурю.


***
Черепаха остановилась у подножия Фудзи. Вершина, как обычно, была затянута сероватым туманом, впереди виднелся лишь небольшой отрезок тропы, постепенно уходящей вверх. Черепаха постояла в нерешительности, но кто-то внутри неё сказал: «Ну что, костяное корыто? Пора показать, что под тобой прячется герой!» А еще кто-то спокойно подумал:

Чтобы на гору эту влезть
включи иронию и лесть.


***
Черепаха пыталась написать что-то адекватное своим воспоминаниям, но получалось путано, вяло и в то же время как-то торжественно. Тогда она решила писать правду и ничего кроме правды. Получилось немного, но зато осталось место для пары картинок:

Лишь только панцирями мы соприкоснулись,
как наши ангелы синхронно улыбнулись.


***
Черепаха весь вечер решала задачки по геометрии и так разогнала свой мозг, что и уснуть стало проблематично. Обычные мысли о житейских невзгодах приобрели странные очертания:

Не линия – пунктир,
и я – как транспортир…


***
Черепаха занялась рукоделием – всё вокруг было завалено лоскутками, и даже под панцирем хранились особо ценные обрезки. Сначала думала делать черепах, но со столярным делом у неё было слабовато, и панцири выпиливать она так и не научилась. Поэтому шила преимущественно медведей. Последний что-то никак не выходил, и пришлось многое переделать, в частности отрезать голову. Но ему было не больно:

Сделала наркоз –
поцеловала в нос.


***
Настала весна, и Черепахе показалось, что она резко поглупела. Чтобы это проверить, попыталась решить пару задачек, но в голове вертелись какие-то мелодии, сладкие воспоминания и смутные ожидания. Отчаявшись что-то изменить, вздохнула:

Он мне принес букет мимоз…
Уж лучше подарил бы мозг!


***
Сначала Черепаха уронила телефон. Потом доставала с верхней полки книжку, а та упала и чуть её не прибила. Когда же под стол закатилась крышка от сковороды, не выдержала:

Блин! Все валится из лап!
Видно, организм ослаб.


***
Черепаха иногда радовалась – как ей повезло, и думала: «Как же люди живут без панциря?» Как можно быть таким беззащитным, ранимым и в то же время радоваться и вообще – жить? Конечно, проще всего было предположить, что они как лунатики – бесстрашно идут по карнизу. Но ведь не все? Кто-то же наверняка не спит? Похоже, что все сложности сводились к одной:

Лишь стань сияющим лучом –
все остальное нипочем!



***
У Черепахи было так мало друзей, что приходилось заводить новых. Это было несложно. Нужно проводить много времени вместе, разговаривать о приятном, помогать в беде, прощать обиды, помнить дни рождения и быть максимально предсказуемой:

Клянусь, я правил не нарушу,
пока с тобой играю в дружбу.


***
Когда Черепаха решила заняться своим личностным ростом, то её НЛП-техник посоветовал как можно подробнее представить свой идеальный образ. И держать эту картинку все время перед глазами, стараясь изо всех сил ей соответствовать. И Черепаха сразу представила себе ботинки от John Lobb, но дальше дело не пошло:

Я такую представлю картинку:
соответствовать буду ботинку!


***
Черепаха весь вечер гремела кастрюлями, готовила еду. Уже хотела позвонить и спросить мол, когда же? Суп уже готов. Но решила не надоедать со своими глупостями. И тут же получила sms:

Никому не нужен –
не зовут на ужин!


***
Черепаха не любила читать, потому что писатели постоянно убивали своих героев. Она все никак не могла понять, зачем? И как бы их можно было спасти? Ничего не выходило. Но решение все-таки нашлось.

Так, неподвластное уму,
из речки выплыло Му-му.


***
Черепаха смотрит то на календарь, то в окно. Глаза ее раскрываются все шире и шире:

О, боги!
Пора бы выбираться из берлоги!


***
Больше всего Черепаха любила смотреть на землю с самолета и бродить по пляжу. И то и другое получалось редко. А без толпы вокруг – никогда. Но как-то весной она стояла в задумчивости на тротуаре и вдруг поняла, что смотрит на землю с высоты птичьего полета:

Береговая линия лужи –
и никому этот берег не нужен.


***
Стоило Черепахе что-то такое прочитать, как внутри у неё начинался длинный внутренний диалог. Представляла себя поочередно то Муравьем, то Стрекозой. Но Стрекозе явно симпатизировала. Придумывала различные версии этого разговора, пыталась найти какие-то убедительные доводы. И понимала, что это бесперспективно. Тогда решила свести реплики к минимуму:

Летом пела песни я,
а зимою – пенсия!


***
Черепаха всё хотела выучить какой-нибудь иностранный язык, но каждый раз вспоминала, что она и на родном-то почти ни с кем не разговаривает. Но кое-что она все-таки освоила. И когда ей позвонил друг из Америки, она с восторгом сообщила:

Почти без акцента, поверь,
скрипеть научилась как дверь!


***
«Весна – не до сна» – эту рифму Черепаха усвоила хорошо. Но не думала, что поэзия внедряется в жизнь так буквально:

Всю ночь звенели птичьи трели,
а утром их сменили дрели!


***
Валяясь с утра до вечера на песке, Черепаха думала о том, что недостижимость идеала обусловлена кажущимися недостатками, которые на самом деле лишь зародыши будущих достоинств. И что если ей предстоит возродиться в качестве тысяч тонн снега, замерших на склоне горы, то её лень будет очень даже уместна:

Только маленький изъян –
как кружочек в инь и ян.


***
Как Черепаха ни пряталась в тень, её узоры на панцире стали равномерно шоколадного цвета:

Не жалеет лето
ультрафиолета.


***
Жара обволакивала Черепаху своими бесчисленными щупальцами. Проснулась в холодном поту. Или в слезах?

Ах! Это просто кошмар –
меня укусил кальмар!


***
Черепаха знала, что у неё совершенно нет чувства дороги. Что к тому же усугублялось обостренным чувством слова:

Не надо вызова, mon cher,
пусть улетает challenger.


***
Гуляя по барахолке, Черепаха приобрела клетку со сверчком. Занятная такая вещица, да вот только сверчок к ней тоже прилагался. Время от времени она подкармливала его травкой, а сверчок трещал. Скоро этот треск стал привычным фоном, но сверчок каждый вечер начинал снова. А Черепаха думала:

Сочини хоть тыщу песен –
никому не интересен.


***
Черепаха дождалась полуночи, выпила шампанского и устроилась в кресле. Теперь можно было забыть про праздничную суету и сделать себе настоящий подарок – спокойно вздремнуть:

Огонь потрескивал в камине
как карма в дремлющем брамине.


***
Черепаха вспомнила, как в детстве перестала копить деньги на новый велосипед. Оказалось, что физические опыты гораздо интереснее и почти ничего не стоят. Особенно ей нравилось видеть невидимое. Удивительно, что такая тонкая вещь как магнитное поле требовала долгой и нудной работы напильником:

У меня в копилке –
железные опилки.


***
Черепаха много раз слышала вопрос об одной книге, которую хотелось бы взять на необитаемый остров. Для неё это был не вопрос. Так как необитаемые острова были для нее обычным делом, а свою любимую книгу она неизменно таскала с собой:

Лучше всех книг
мой Дорогой Дневник!


***
Черепаха суетилась, весь день что-то делала, бегала туда-сюда. В какой-то момент прилегла и подумала, что вот утром хорошо бы сделать то-то и то-то… Но, представив утро чуть подробнее, поняла, что об утре можно думать только утром:

Утро это
совершенно другая планета.
Subscribe

  • нигде не спрятаться

    dennett: «... У многих людей, включая меня, есть тенденция пренебрежительно относиться к мыслям, вызванных негативным эмоциональным тоном…

  • Листая назад

    Из записи 11-го года: Две цитаты, George Wald, эволюционист, лауреат Нобелевской премии: «Печальной была бы судьба атома во вселенной без…

  • Читая френдленту

    ivanov_petrov: «Вернуться "к человечности" не получится». В роботах, в тех что в телефоне, больше всего злит…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments