am. (antimeridiem) wrote,
am.
antimeridiem

  • Music:

Про бабулек

Две истории про бабулек.

Первая от ВЧ, что называется, из переписки: 

«... а я, когда прихожу в парикмахерскую стесняюсь сказать,
что хочу подстричься у бабульки (есть там такая, мне нравится, как она
стрижёт), боюсь обидеть тётеньку, которая обычно меня стрижёт. Так и
стригусь абы у кого и абы как. Во как. Про себя я могу считать это
деликатностью и чуткостью, но вот в чём вопрос...
...
... да, если бы надо было подстричься прямо сейчас, я бы наверное смог. :)
Но до следующей стрижки пока далеко, так что вся решительность может
и улетучиться. :) Но я попытаюсь сохранить её. Гласное чтобы старушка
дожила до моего следующего визита. :) А то она очень уж ветхая. Кстати,
машинкой не пользуется почти, только ножницы и опасная бритва. Чума! :)
...
am.> На самом деле я не понимаю, в чем эта парикмахерская проблема. По-моему,
am.> это обычное дело, когда ты стрижешься к какого-то конкретного мастера.
am.> Или зубы лечишь... Разве нет? Какие могут быть обиды?
...
Так оно и было. Я стригся у тётеньки, хоть был и не очень доволен,
а потом, как-то по случайности, попал к бабушке и мне понравилось.
Но ведь тётенька мне улыбается, как только увидит с порога
и приглашает подстричься. А я так раз и говорю ей, я это,
не к вам, простите, я вот к той вот бабушке, извините. Жуть. :) » 

И вот, через час, после того, как разобрались с бабулькой от ВЧ, я шел по ул. Гоголя в редакцию. Улица была почти пустая, как обычно в это время суток. Там новые коттеджи соседствуют со всякими полуразвалившимися лачугами. Там же общежитие пед. училища. Оно окружено черным металлическим забором. Вот в районе этого забора и выползла бабулька. Маленькая и тоненькая, в каком-то сереньком пальто. На ногах очень яркие зеленые носки и тапки. Аккуратно, держась за забор, соскользнула с небольшой кочки и остановилась, ухватившись одной рукой за прутья забора. Через некоторое время я с ней поравнялся. И тут она меня окликнула. Улыбалась во весь рот, украшенный золотыми зубами, сказала, что хочет меня угостить. Долго пыталась что-то вытащить из кармана. Наконец ей это удалось. И протянула мне три соленых огурца, завернутые в полиэтиленовый пакет. «Хорошие, – говорит, – огурчики. Поешьте!» Я тоже заулыбался, поблагодарил, взял пакет, засунул его в сумку и пошел дальше. 

Не потребовалось много времени, что бы я понял, что оказался в нелегкой ситуации. Было ясно, что есть огурцы, полученные от незнакомой бабушки, я не буду. Я даже на базаре ничего такого купить не могу – М. приносит. И тогда это выглядит так, будто она (М.), это все засолила :) В то же время выбросить на помойку такой трогательный подарок тоже очень сложно. Отложить проблему, засунув огурцы в холодильник, показалось еще хуже. Все это очень глупо, но сразу начали вспоминаться «Спящая красавица» и всякие персонажи из Кастанеды. То есть, как бы я не поступил, получалось неважно. Так я шел и думал. Огурцы лежали в сумке. Потом решил сделать что-нибудь быстро. Свернул с тротуара в очередную подворотню, поднялся по лесенке мимо теплотрассы, увидел подходящий бордюр. Остановился, огляделся, вынул огурцы и положил и аккуратно на камушек. И пошел дальше. 

Теперь, когда даже огурцы предъявить невозможно, история с бабулькой стала вполне нереальной.
 
В этом отношении показательным будет другой случай, на днях присланный от Гришковца: 
e_grishkovets«... В 1987 году мне пришлось стоять в дозоре на берегу Татарского пролива. Каждый день я по четыре часа проводил на берегу. Татарский пролив всегда штормит. Я бродил один у самого края земли. Я был совершенно один. Я был юн. А море выносило на берег разные предметы. Это были обломки каких-то ящиков с иностранной маркировкой. Обрывки верёвок. Поплавки сетей. Однажды вынесло кусок спасательного круга. На круге можно было прочесть часть названия корабля. Остались буквы «...VEGE...» Что это было за судно? Что с ним случилось? Мне не известно. 

Я ощущал себя совершенно Робинзоном. А море выносило и выносило предметы с проходящих в невидимой дали кораблей. Выносило много мятых банок из-под пива и других напитков. Но однажды я нашёл в прибое баллончик, похожий на баллон из-под «Дихлофоса» или другого ядовитого средства. С баллончика океанская вода смыла всю краску. И прочесть, что там внутри, было невозможно. А внутри содержимое осталось. И ещё там отчётливо слышалось присутствие нескольких маленьких металлических предметов, возможно шариков. У баллончика отсутствовал разбрызгиватель. Из него торчала только такая пластмассовая пупочка. 

Я долго рассматривал и изучал этот предмет. Я даже вспомнил, что в одном американском фильме видел, как один герой, кажется полицейский, пользовался пеной для бритья из баллона. Я думал, что нечто подобное волны принесли и мне. Я нажал на пластмассовую пупочку палочкой... Из баллона пошла белая пена. Эта пена лежала у меня на ладони... Я понюхал её и почувствовал очень вкусный запах. Не парфюмерный, а именно вкусный. Не без страха я лизнул пену. 

В тот момент я впервые в жизни попробовал взбитые сливки. Это были самые вкусные взбитые сливки в моей жизни. На бесконечно далёком берегу, у гремящего прибоя, принесённые невесть откуда, неведомо с какого корабля. Никогда до и никогда после я не ощущал мир таким бескрайним и таким манящим».
Subscribe

  • пройденное

    Юрген нес её очень осторожно, но всё-таки уронил. Она не разбилась вдребезги, не смялась и не покатилась под горку. Но с каким-то неприятным хрустом,…

  • aphorismos

    Имма искал удовольствий. Довольно быстро оказалось, что удовольствия растут в тени зла. Пнуть припаркованную на тротуаре машину – почему он…

  • . . .

    Олаф смотрел в окно как на икону. Там, за пластиковым окладом, между оранжевыми занавесками, кружился снег. Олаф всеми силами пытался не вспомнить…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments